В квартире-музее Плисецкой на Тверской на туалетном столике стоит небольшой флакон Bandit от Robert Piguet. Не сувенир, не декоративная деталь — а часть ее жизни. Экскурсовод рассказывает: аромат подарила Лиля Брик в 1959 году, и с того момента Плисецкая использовала только его. Более полувека.
А когда формулу поменяли — отказалась от парфюма вовсе.
История про духи оказывается историей про выбор, верность и редкую способность не подстраиваться под моду.
Bandit от Robert Piguet — подарок Лили Брик на Новый год в 1959-м;
Плисецкая пользовалась только этим ароматом 56 лет, когда формулу изменили, она сказала: «Это не то» — и перестала носить духи;
Bandit стал частью ее образа, как туники Кардена или пучок;
Верность аромату — продолжение ее жизненной философии: стабильность важнее моды.
Где все началось: один вечер, одна компания и подарок, который оказался судьбоносным
Конец 50-х — время, когда квартиры-салоны Лили Брик были центром культурной жизни. Художники, композиторы, поэты, случайные гости — все оказывались в ее гостиной просто потому, что там всегда происходило что-то интересное.
Именно у Брик впервые пересеклись голоса Плисецкой и Щедрина. Тогда Лиля записывала гостей на бобинный магнитофон — едва появившуюся новинку. На одной из записей Щедрин услышал голос Майи, напевавшей тему из «Золушки» Прокофьева. Абсолютный слух, невероятная музыкальность — и первое впечатление, которое позже переросло в брак длиной 57 лет.
На Новый год 1959-го к Брик приехала ее сестра, писательница Эльза Триоле, из Парижа. Она привезла флакон Bandit — резкий, кожаный, хладнокровно дерзкий аромат, созданный парфюмером Жерменой Селье. Лиля подарила эти духи Майе.
Подарок был не случайным. Bandit — аромат для женщин, которые идут вразрез с ожиданиями. Плисецкая была именно такой.
Аромат как подпись: почему Плисецкая не меняла духи
Сегодня у большинства женщин целая «парфюмерная капсула»: утренний, вечерний, летний, на свидание, «офисный», «зимний». Мы привыкли к бесконечной смене запахов, как к смене гардероба.
Плисецкая выбирала иначе — и по сути шла против современной культуры выбора. Нашла одно — и закрепила его как часть себя.
- Как и туники Пьера Кардена, которые она носила десятилетиями.
- Как и пучок — строгий, но мягкий по образу.
- Как и рациональная удобная обувь, вопреки ожиданиям балерины, будто обязана жить на каблуках.
Bandit стал не просто запахом, а элементом образа — узнаваемым, устойчивым, не нуждающимся в объяснениях. Люди запоминали Плисецкую именно с этим ароматом.
Когда оригинал исчез: момент, который многое объясняет
Спустя десятилетия дом Robert Piguet перешел другим владельцам. Формулу переделали — иначе это и не бывает: одни ингредиенты становятся слишком дорогими, другие запрещают регуляторы, третьи просто несовременны по требованиям рынка. На бумаге Bandit оставался тем же. На коже — уже нет.
Плисецкая попробовала. Произнесла: «Это не тот аромат». И просто перестала пользоваться духами.
Она не искала замену. Не пыталась найти «почти такой же». Не искала аналог, новую классику, преемника. Для нее важно было совпадение по ощущению — а не по названию. Если его нет, значит, конец истории.
Почему вообще можно быть верной одному аромату?
Мы живем в эпохе постоянных обновлений. Нам продают идею, что все устаревает — и что нужно регулярно менять: гардероб, интерьер, телефон, аромат.
Но выбор одного запаха — это не про ограничение. Это про внутренний центр.
Один аромат — это:
стабильность среди бесконечных альтернатив;
экономия энергии на «выбор между слишком многим»;
ощущение собственной завершенности;
отказ от желания понравиться другим;
понимание, что свои ощущения ценнее внешней оценки.
И да, такой подход кажется скучным только тем, кто привык искать подтверждение своим вкусам извне.
Верность как черта характера: не только в духах
Плисецкая была удивительно последовательной:
один муж на всю жизнь — Родион Щедрин;
один театр — Большой, с которым она пережила и взлёты, и конфликты;
один силуэт одежды, созданный Карденом;
один аромат.
Это не про консерватизм. Это про ясное знание себя.
Щедрин говорил: «Две вещи нетленные — любовь и искусство». И добавлял, что все остальное — тлен. Даже духи — тлен. Но если уж выбирать среди тленного — выбрать один раз и по-настоящему.
Почему нам так сложно найти «свой» аромат
Мы ищем не то, что нравится нам, а то, что «в тренде» или «всем идет». Советы блогеров, маркетинг, подборки «10 ароматов, которые нравятся мужчинам» — все это сбивает ориентиры.
Свой аромат — не тот, что делает комплименты. И не тот, что рекламируют знаменитости. И даже не тот, что красив в флаконе.
Свой — это тот, в котором вы узнаете себя. Тот, который не хочется смывать.
Плисецкая нашла свой — и больше не искала. Это редкий навык, который стоит развивать
Когда что-то уходит, не всегда нужно заменять
Изменение формулы Bandit могло бы стать поводом для поисков похожего аромата. Но Плисецкая сделала противоположное — выбрала пустоту.
Потому что иногда отсутствие лучше плохого аналога. Иногда замена разрушает память. Иногда история ценнее продолжения. Для нее измененный Bandit больше не был тем, что подарила Лиля Брик и что сопровождало ее всю жизнь. Значит, точка.
Мы благодарим Государственный центральный театральный музей имени А. А. Бахрушина за возможность побывать в квартире-музее Майи Плисецкой и Родиона Щедрина. Узнать подробности и записаться на экскурсию можно на сайте музея.
Обложка с сайта: dzen.ru, Соло - путешествия