Хамовники: как дворянская окраина стала самым дорогим районом столицы

Квадратный метр жилья в Хамовниках сегодня стоит как автомобиль среднего класса. Но всего пару веков назад здесь жили ремесленники, которые ткали грубое полотно для царских нужд. История превращения рабочей слободы в самый престижный район Москвы читается как захватывающий роман о том, как география может полностью изменить судьбу места. 

В XVI веке царь Василий III решил, что армии нужно качественное сукно. Для этого он поселил на левом берегу Москвы-реки мастеров-ткачей, которые изготавливали грубую, но прочную ткань под названием «хам». Отсюда и пошло название — Хамовники, то есть «ткачи хама».

Ремесленная слобода процветала почти два столетия. Хамовники ткали не только для армии, но и для царского двора. Их изделия ценились за практичность: материал получался настолько прочным, что из него шили паруса для флота и упряжь для лошадей.

Но к концу XVII века ткачество в слободе стало приходить в упадок. Петр I перенес многие мануфактуры в Петербург, а московские ремесленники постепенно разорялись. Земли пустели, цены на них падали — и тут подоспели первые покупатели из дворянского сословия.

К началу XIX века Хамовники стали любимым местом московской аристократии. Причина была проста: район находился достаточно близко к Кремлю, чтобы быстро добраться до двора, но при этом оставался тихим и зеленым.

Самый знаменитый житель Хамовников — конечно, Лев Толстой. В 1882 году писатель купил деревянный особняк в Долгохамовническом переулке (сейчас это улица Льва Толстого). Здесь он прожил 19 лет и написал «Воскресение», «Крейцерову сонату» и множество рассказов. Толстой так любил свой дом, что даже зимой гулял по саду в одной рубашке — соседи считали его чудаком.

Неподалеку, на Остоженке, жил Иван Тургенев. Правда, его дом до наших дней не сохранился, но современники вспоминали, что писатель устраивал в своем особняке литературные вечера, на которые приходила вся московская интеллигенция.

Еще один колоритный сосед — промышленник Савва Морозов. Его особняк на Спиридоновке (формально это уже не Хамовники, но рядом) был построен по проекту Федора Шехтеля и считался одним из самых красивых в Москве. Морозов финансировал МХТ и был меценатом, но его любовь к революционерам в итоге привела к загадочной смерти в Ницце.

Жизнь в дворянских особняках Хамовников текла размеренно и роскошно. В отличие от петербургской аристократии, московские дворяне предпочитали домашний уют европейскому лоску.

Типичный день хозяйки особняка начинался с обхода хозяйства. Даже в самых богатых домах держали кур, а иногда и корову — это считалось не бедностью, а практичностью. После завтрака — визиты к соседям, обязательные для поддержания светских связей.

Особую роль играли домашние салоны. У Толстых по четвергам собирались художники и музыканты. Софья Андреевна сама неплохо играла на рояле, а Лев Николаевич любил аккомпанировать на гитаре, хотя делал это, по воспоминаниям гостей, «с большим энтузиазмом, чем мастерством».

Зимними вечерами в особняках устраивали домашние спектакли. Роли распределялись между членами семьи и близкими друзьями. Декорации рисовали сами, костюмы шили домашние портнихи. Эти любительские постановки порой получались настолько удачными, что их обсуждала вся Москва.

К концу XIX века в Хамовниках поселились не только дворяне, но и разбогатевшие купцы. Морозовы, Мамонтовы, Щукины — эти фамилии гремели на всю Россию.

Особняк Морозовых на Подсосенском переулке до сих пор поражает своим размахом. Дом построили в стиле московского модерна, с башенками, эркерами и цветными изразцами. Внутри были бильярдная, домашний театр и зимний сад с экзотическими растениями.

Семья Щукиных прославилась не только текстильным бизнесом, но и коллекционированием. Сергей Щукин собрал одну из лучших в мире коллекций французских импрессионистов. В его особняке на Большой Знаменке (опять же, рядом с Хамовниками) висели картины Пикассо, Матисса, Ренуара. После революции коллекция была национализирована и попала в Эрмитаж и Пушкинский музей.

Купцы не просто тратили деньги на роскошь — они активно занимались благотворительностью. Морозовы финансировали больницы и школы, Мамонтовы поддерживали художников, Щукины содержали приюты для сирот.

1917 год кардинально изменил жизнь Хамовников. Дворянские и купеческие особняки были национализированы. Большинство превратили в коммунальные квартиры, где в бывших бальных залах жили по несколько семей.

Толстовский дом повезло — его сразу превратили в музей. А вот особняк Морозовых разделили на 40 комнат для рабочих семей. В бывшей библиотеке разместили детский сад, в зимнем саду — слесарную мастерскую.

Но даже в советское время Хамовники сохранили особый статус. Здесь селили партийную номенклатуру, известных писателей, артистов. В 1920-е годы в районе жили Владимир Маяковский, Сергей Есенин, позже — Константин Симонов, Илья Эренбург.

Появилась даже шутка: «В Хамовниках живут два типа людей — те, кто получил квартиру за заслуги перед народом, и те, кто эти заслуги еще не растерял». Престиж района оказался сильнее любых политических потрясений.

Сегодняшние Хамовники — это территория, где квадратный метр жилья стоит от 800 тысяч до полутора миллионов рублей. Для сравнения: за эти деньги можно купить трехкомнатную квартиру в областном центре.

Что же делает район настолько дорогим? Во-первых, расположение. Отсюда пешком до Кремля, до Красной площади, до главных театров и музеев. Во-вторых, инфраструктура — рядом лучшие школы, клиники, рестораны. В-третьих, историческая аура, которая накапливалась веками.

Современные жители Хамовников — это топ-менеджеры крупных компаний, успешные предприниматели, звезды шоу-бизнеса. Многие покупают здесь квартиры не для жизни, а как инвестицию — цены в районе растут быстрее инфляции.

Правда, не обходится без курьезов. В 2019 году в соцсетях активно обсуждали историю о том, как новый житель элитного дома пытался установить в подъезде камеры видеонаблюдения, но соседи воспротивились — оказалось, что среди них несколько человек, которые предпочитают сохранять анонимность.

Хамовники прошли путь от ремесленной слободы до самого дорогого района столицы за четыре столетия. Здесь переплелись эпохи и судьбы, амбиции и трагедии. И сегодня, гуляя по тихим переулкам с их особняками и палисадниками, все еще можно почувствовать дыхание истории — только теперь оно стоит очень и очень дорого.

Обложка с сайта: humus.livejournal.com