Универмаги СССР: как очереди объединяли страну

В советские времена поход в универмаг был не просто покупкой — это было событие. Целые семьи одевались в лучшие наряды, чтобы прогуляться по мраморным коридорам ГУМа или постоять в очереди за импортными сапогами в «Детском мире». Сегодня, когда любой товар можно заказать за пару кликов, трудно поверить, что когда-то люди могли потратить полдня на поиски обычной блузки. 

Советская власть не экономила на универмагах — эти здания должны были демонстрировать торжество социализма. ГУМ с его знаменитыми стеклянными сводами, ЦУМ на Петровке с роскошными интерьерами, «Мосторг» на Красной Пресне — все они походили скорее на музеи, чем на обычные магазины. Высоченные потолки, мраморные полы, хрустальные люстры создавали атмосферу, в которой даже покупка носков казалась торжественным актом.

В Москве было множество знаковых универмагов. «Детский мир» на Лубянке поражал размахом — семь этажей детских товаров с огромными игрушечными медведями в витринах. Универмаг «Москва» на Ленинском проспекте славился своим отделом импортной одежды. «Молодежная мода» на Арбате считалась самым стильным местом столицы, хотя «стильность» была понятием весьма относительным.

Отдельную нишу занимали тематические универмаги с товарами из братских социалистических стран. В южной части Москвы работали магазины с поэтичными названиями: «София» с болгарскими товарами на Большой Полянке, «Ванда» с польской косметикой, «Лейпциг» с восточногерманскими игрушками и знаменитой железной дорогой. Были и югославские «Ядран» с «Белградом», венгерские «Балатон» и «Будапешт», чехословацкие «Власта» и «Прага», румынский «Бухарест». Каждый имел свою специализацию и армию поклонников.

Архитекторы продумывали каждую деталь: широкие лестницы, по которым покупатели поднимались как по красной дорожке, огромные витрины, где манекены замерли в вечном ожидании. Система была строгой: первый этаж отдавали под парфюмерию и галантерею, второй — под одежду, третий — под товары для дома. Заблудиться было практически невозможно, но и выбрать особенно было из чего. 

Парадокс советской торговли: при огромных площадях ассортимент был печально скромным. В отделе женской одежды висели десятки одинаковых платьев — может, в трех цветах, если повезет. Мужские костюмы различались разве что размерами. Но зато какие это были костюмы! Добротные, из натуральных тканей, которые носились десятилетиями.

В галантерейных отделах можно было найти сумки из настоящей кожи, перчатки, которые не рвались после первой стирки, и украшения от ювелирных заводов. Парфюмерия была представлена в основном отечественными брендами — «Красная Москва», «Белая сирень», «Тройной одеколон». Импортные духи появлялись редко и исчезали со скоростью света.

Особой популярностью пользовались отделы тканей. Когда готовая одежда не радовала разнообразием, многие шили сами или несли материал в ателье. Качественный импортный трикотаж или шерсть становились настоящим сокровищем. До сих пор в бабушкиных шкафах можно найти отрезы «на особый случай», который так и не наступил.

Отдельного внимания заслуживали импортные товары из социалистических стран. В «Лейпциге» дети зависали у огромного макета железной дороги и мечтали о наборах восточногерманских поездов. В польской «Ванде» женщины выстраивались за косметикой, которая считалась едва ли не роскошью. Чехословацкие сервизы из «Власты», венгерские консервы «Глобус», югославская бижутерия — все это было символом достатка и хорошего вкуса.

Советский универмаг без очереди — это как борщ без сметаны. Система обслуживания была трехступенчатой: сначала нужно было выбрать товар, потом отстоять очередь в кассу, получить чек, а затем снова встать в очередь к продавцу за покупкой. На каждом этапе могли возникнуть проблемы: товар мог закончиться, касса — сломаться, а продавец — уйти на обеденный перерыв.

В очередях складывались целые социальные группы. Завсегдатаи знали, в какой день привозят новое поступление, какой продавец более сговорчивый, а какая касса работает быстрее. Информация передавалась шепотом: «Слышали? В ГУМе югославские сапоги завезли!» И пол-Москвы бросало свои дела.

Умение «достать» дефицитную вещь ценилось наравне с профессиональными навыками. Женщины гордились своими связями в торговле так же, как мужчины — знакомствами в партийных кругах.

Продавец в советском универмаге был фигурой почти мистической. От его настроения зависело, покажет ли он вам «что-то получше из-под прилавка» или строго заявит: «Что выложено, то и есть». Культура «блата» процветала именно в торговле — знакомство с продавщицей могло решить проблему дефицитной обуви на всю семью.

Покупатели разрабатывали целые стратегии общения. Кто-то шел путем лести: «Какое у вас красивое платье!» Другие предпочитали деловой подход: «Мне на свадьбу к племяннице, помогите, пожалуйста». Третьи играли на жалости: «Сын в армию уходит, хочется его хорошо проводить».

Самые продвинутые покупатели изучали график работы продавцов и знали, к кому когда подходить. Тетя Клава из отдела тканей была добрая утром, но становилась неприступной после обеда. А вот Людмила Ивановна из галантереи, наоборот, размякала к концу смены.

Поход в универмаг был настоящим семейным событием. Одевались «на выход» — лучшие платья, начищенные ботинки, аккуратные прически. Дети получали строгие инструкции: «Руками ничего не трогать!», «Не отходить от мамы!», «Себя вести прилично!»

Семьи планировали маршрут заранее. Сначала — в ГУМ посмотреть на новинки и «пощупать» цены, потом в ЦУМ за более доступными вариантами, а в конце — в районный универмаг за практичными покупками. День мог растянуться на весь выходной, но никто не жаловался — это было развлечением.

Витрины рассматривали как музейные экспозиции. Манекены в универмагах одевали профессиональные художники-оформители, и каждый сезон витрины менялись как декорации в театре. Дети прилипали к стеклу, разглядывая игрушки или красивые платья, а взрослые мечтательно вздыхали: «Вот бы такое себе...»

Парадоксально, но именно дефицит делал покупки такими желанными. Когда в продаже появлялись чешские хрустальные бусы, венгерские сапоги или пресловутый кубик Рубика из «Балатона», весть об этом разлеталась по городу быстрее сарафанного радио. Женщины бросали работу, чтобы успеть к закрытию магазина. Мужчины договаривались с коллегами: «Прикрой меня, я за курткой побежал».

Покупка превращалась в охоту за сокровищами. Нашли красивое пальто своего размера? Это была маленькая победа. Купили импортные туфли, которые не жмут? Практически триумф. А если удавалось «достать» что-то особенное — югославские джинсы или финские сапоги — можно было считать себя героем дня.

Эта система воспитывала особое отношение к вещам. Каждая покупка была обдуманной, каждая вещь — ценной. Платья носили годами, перешивали, передавали по наследству. Качественные советские и импортные товары служили десятилетиями, в отличие от современного фаст-фэшна. 

В универмагах действовали свои законы, которые все знали наизусть. Никогда не спрашивай «А что у вас есть?» — этим ты показываешь свою неопытность. Правильный вопрос: «Покажите, пожалуйста, вот то платье». Даже если это единственное платье в отделе.

Нельзя было торговаться — цены устанавливались государством и были одинаковыми везде. Зато можно было просить скидку на вещь с браком: оторванная пуговица или маленькая затяжка давали право на 10-15% скидки. Умелые покупатели специально высматривали такие дефекты.

Важно было правильно себя вести. Грубость с продавцом могла стоить покупки — он просто заявлял, что товар закончился. А вот вежливость и терпение иногда творили чудеса: продавец мог показать «последнюю вещичку», которую припрятал для особых случаев.

Советские универмаги были не просто магазинами — это были места встреч и общения. В фойе назначали свидания, в кафе при магазинах пили кофе с пирожными, в отделах обсуждали последние новости. Здесь можно было узнать, кто где работает, чьи дети куда поступили, кто как проводит отпуск.

Особая каста — это завсегдатаи универмагов. Пенсионерки, которые приходили «просто посмотреть» и знали весь персонал по именам. Модницы, которые еженедельно обходили все отделы в поисках новинок. Коллекционеры дефицита, которые покупали все импортное «про запас», даже если вещь не подходила по размеру — можно было обменять или подарить.

В универмагах формировались мнения и вкусы. Здесь люди учились понимать, что красиво, а что нет, что модно, а что уже устарело. Витрины и манекены были своеобразными учебниками стиля для целых поколений. 

Советские универмаги исчезли вместе с СССР, но их влияние ощущается до сих пор. Привычка тщательно осматривать вещь перед покупкой, недоверие к слишком дешевым товарам, бережное отношение к качественным вещам — все это родом из тех времен.

Многие помнят особую атмосферу больших универмагов: торжественность, значимость момента покупки, ощущение праздника от найденной вещи. Современные моллы пытаются воссоздать это чувство, но получается лишь бледная копия.

Возможно, в эпоху бесконечного выбора и интернет-покупок нам не хватает именно того, что давали советские универмаги — ощущения ценности каждой вещи, радости от удачной находки, чувства общности с другими покупателями. Тогда шопинг был не просто потреблением, а целым ритуалом, который объединял людей и делал каждую покупку маленьким событием.